gotov_li_putin_k_krizisu_-1167875.xhtml

Мировые цены на нефть опустились ниже цены отсечения (в 2014 году это $93), экономический рост почти остановился, рубль обесценивается. Отток капитала бьет очередные рекорды, растет дефицит ликвидности. Элита потихоньку начинает нервничать: как жить дальше? Понимает ли президент, что происходит в экономике? Есть ли у него план? Считает ли он ситуацию опасной, и если да, то какие меры он готов предпринимать, чтобы минимизировать риски? Вопросов много, но Путин ведет себя так, как будто сейчас 2007 год – «золотой век» путинской эпохи. А шанс разъяснить приоритеты в бюджетной политике сознательно похоронен: Путин отменил обязательные бюджетные послания. Что же должно произойти, чтобы президент наконец занялся экономикой?

Сергей Алексашенко говорил, что «с началом крымского кризиса или украинского кризиса, где-то с начала февраля, президента вообще не волнует экономика, экономической повестки дня вообще у президента нет». Это утверждение верно отчасти: Путина почти никогда не волновала экономика, за исключением в определенной степени первых двух лет его президентства, а также конца 2008 года, когда ему пришлось признать, что в экономике есть серьезные проблемы. Если посмотреть на последнее выступление Путина на экономическом форуме «Россия зовет!», то мы услышим, что сложная ситуация сложилась не у нас, а в мире. «Фундаментальные факторы, обеспечивающие стабильность, у нас очень сильные, надежные», – говорил Путин. Доверие инвесторов не снижается. Банк России финансовую устойчивость обеспечит. Санкции – «дурь», но и они в помощь. В общем, могло быть лучше, но в целом и так неплохо. А будет лучше: впереди «индустриальный рывок». Непонятно, чего все так нервничают.

А нервничают, надо признать, вовсе не «враги» из «пятой колонны», и не «национал-предатели», чьи страдания, как разъяснял Путин, направлены против процветания России. Нервничают те, кто «делает» экономическую политику, точнее, мог бы ее делать. Министр экономического развития Алексей Улюкаев предупреждает: нынешняя ситуация в экономике с инфляцией, превышающей 8%, и ростом ВВП ниже 1% – «гремучая и взрывоопасная». Министр финансов Антон Силуанов предлагает сокращать расходы или повышать налоги. Ну а ярче всего выступил президент Сбербанка Герман Греф, который назван «Ведомостями» героем последнего форума: он усомнился в компетентности руководства страны, напомнив, к чему подобная ситуация привела 25 лет назад.

«Ведомости» со ссылкой на свои источники писали, что Путин перестал приглашать к себе влиятельных либералов и с ними советоваться. А ведь еще пару лет назад нам рассказывалипро неофициальный «клуб» близких к Путину экономистов, которые должны были помогать реформировать экономику. Тогда же был образован президентский Совет по модернизации экономики и инновационному развитию России, который, внимание, собрался всего 1 раз! Вот такая модернизация. К этому Совету был создан еще и Экономический совет, который, в соответствии с положением, должен заседать не реже чем раз в квартал. Однако заседание Совета имело место один раз в 2012 году (сразу после создания) и в январе 2014 года. Заседания президиума прошли в 2013 и 2014 годах. В общем четыре раза за два года. Причем тема последнего заседания (январь 2014) была посвящена проблемам ЖКХ. Видимо, с тех пор других проблем и не осталось.

Так кто же занимается выработкой экономической политики в России? Может, правительство? Нет, правительству нельзя, оно «опущенное». Министр экономического развития Алексей Улюкаев, талантливейший экономист, реализует чужую программу (проекты Национальной предпринимательской инициативы, разработанные Агентством стратегических инициатив), а также решения, с которыми он не согласен (см. его заявления по пенсионной реформе). Мнение правительства Путина интересует мало. Не слушает Путин и товарища Глазьева, который пишет программы про необходимость эмиссии рублей и национализацию.

Вероятно, если бы Путина волновала экономика, то он уже предпринял бы как минимум пять неизбежных шагов. Первое – уволил некомпетентное правительство Медведева. Второе – назначил бы сильного экономиста или управленца премьером. Третье – усилил бы кабинет министров кадрами, но главное – пошел бы на политическое утяжеление правительства, без чего не движется ни одна программа, ни одно решение. Четвертое – Путин говорил бы о проблемах, а не о достижениях. И пятое – проводил бы чаще совещания по экономическим реформам. Ничего этого нет и, вероятно, пока не будет.

Так что же должно произойти, чтобы Путин наконец развернулся лицом к российской экономике и начал направлять свою политическую энергию в созидательное русло? История нам подсказывает: был такой момент. Осень 2008 года. Тогда впервые правительство во главе с Путиным действительно зашевелилось, признав кризис кризисом и начав предпринимать конкретные шаги. Была создана специальная антикризисная комиссия Игоря Шувалова, которая, собственно, спасала страну, спасая олигархов. Ходили байки, что совещания правительства проходили под бурные обсуждения «куда валить» и как спасать нажитое. Чиновникам даже якобы рекомендовали не брать откаты более 30%. Тогда, в декабре 2008 года, мировая цена на нефть опустилась ниже 35 долларов за баррель. Выкарабкиваться экономика начала вместе с начавшими расти ценами на черное золото. Казалось бы, при чем тут антикризисная политика. Но тем не менее это стало примером того, в какой ситуации Путин начинает хотя бы как-то действовать. Для этого цена на нефть должна действительно рухнуть, население – начать беспокоиться (к этому тоже готовились, прекратив сокращение Внутренних войск на случай протестов), а элита – поглядывать в сторону своих заморских вилл. Но даже тогда, как мы видим, ограничились кредитованием предприятий под гарантии правительства. Вот и вся антикризисная стратегия. Еще бы немного, и все суверенные фонды были бы израсходованы, и спасать уже было бы не на что. Опять повезло.

Судя по всему, Путин действительно искренне убежден, что ситуация в экономике не трагична, а источники проблем – внешние, а не внутренние. То есть кардинальным образом менять ничего не нужно. В крайнем случае политика латания дыр всегда работала безотказно. Однако пугает в этой ситуации то, что Путину на протяжении всех его 14 лет ни разу не выпало истинное испытание глубоким финансово-экономическим кризисом, не считая конца 1999 года. Но и тогда быстро стало везти: с 2000 года начинается рост цен, с 2003 по 2007 год страну накрыла гигантская волна нефтедолларов. Путин – это президент, которому не приходилось решать вопросы экстренного антикризисного управления при низких ценах на нефть и существенном дефиците бюджета. Кажется, он уверен, что и не придется. Ведь Игорь Сечин сказал, что будет 150, значит, будет. Сергею Алексашенко рекомендовано помалкивать. А Кудрины и Грефы – да это работа у них такая, паниковать по графику. Собаки лают, караван идет, подумал Путин. В общем, спасайся кто может.