Сложно обсуждать публично (а любой опубликованный текст – это всегда именно публичное обсуждение) вопросы о которых истинно (пусть из чувства самосохранения) хочется говорить только намеками и «умолчаниями». Однако коль скоро мы берем на себя миссии ориентации и помощи, то все равно так или иначе касаться вопроса придется. Тем более кое-что в нем мы уже обсуждали так что в этом – чуть легче. О чем именно речь? Небезызвестная Сандра Римская пишет, что публичный - означает «Городской», выводя отсюда же и слово «Полиция». Но что она делает? Она относит полицию к «военной» охране, и утверждает, что дескать «там все было связано с Армией, это был Армейский язык и вся терминология там была Армейской». Вы понимаете методику затуманивания мозгов? (Нет понятно сама стилистика Сандры – оно и есть, все эти бесконечные истерические повторы, и прочее.) Нам предлагают фактически верные факты, ставят «запятую» (как в известном кейсе по казнь и помилование) и на выходе получают результат прямо противоположный исходному рассуждению. А ведь действительно полиция – это от полис и спорить с этим совершенно невозможно. Но уже здесь у Сандры полис связывается с «публис» в слове «публичный». Возможно ли такое? Мы считаем, что да, это возможно (и кстати напомним, что само слово популис, как народ восходит к бабилос, и папирос – папирус (b/p), как исходный материал для ведения записей, так что народ – это книжники, люди книги и не более того. Все прочие слова вполне допустимо выводить из этого лексико – смыслового «гнезда»). Итак, смотрите: из публичного – в городской из городского в полицейский. Правильно? Не совсем. Строго лексически мы понимаем, что разумное зерно в этом разумеется есть. Но в том и дело что в реальной истории, а не истории по Сандре Римской, которую она между прочим отлично на самом то деле понимает, хотя и маскирует в массе деталей, указывая на «ужас 2048 года», на который мы относим начало новой, четвертой квадры, все начиналось от храма как хранилища (исходно – соли) и его «храмовой» стражи, распространившей свой «функицонал» на прилегающее к этому «библейскому» месту пространство города. Так храмовая стража стала «полицией». Но мы пока все-таки именно о названиях, а не о сути. А вот суть как раз состоит в том, что именно полиция является противником армии. Не верите? А ведь переименование милиции в полицию в России было актом совсем не случайным и не настолько глупым как кому-то могло показаться. А ведь militia, не что иное как ополчение, то есть как раз тут мы видим явную ложь Сандры, «выводящую» армию из полиции. Выводить то армию следует из милиции!
А вот как раз таки полиция, и прочие картельные сегодня формирования принадлежат к структурам «охранным». Понимаете, инструменты реального силового противостояния? Милиция против полиции. И не случайно в СССР были милиционеры и они в составе НКВД доблестно сражались с немецкими, достаточно кстати карикатурно изображаемыми в фильмах полицаями. И то есть мы видим как раз борьбу двух реальных «ударных отрядов». Первый как мы уже говорили – церковники и строители (храмов – хранилищ, то есть тамплиеры) и военные и медики (госпитальеры). Причем интересно что они очень сильно разнятся по сторонам (прогресс или мракобесие) в разных странах и даже видимо в зависимости от времени. Сейчас скажем на западе мы видим «хорошую» армию, а в России – хорошую церковь. И вот фактически обе и «хорошая» российская, и «плохая» западная стоят за спиной таких охранных отрядов как НКВД, то есть милиция и СС и прочие полицаи. Мы так же можем увидеть и модели поведения этих структур во время ковидной «эпидемии»: в Европе, где церковь мракобесная а полиция служит ей полиция разгоняла протестующих, в России же чуть ли не охраняла «анти ковидные» так сказать «крестные ходы». И вот получается – в период медведевской реформы охранная структура милицейского, то есть армейского, военного типа в России была переподчинена церкви как прогрессивному (как ни странно это для многих покажется) институту. Ведь мы за последние полтора года сумели реально увидеть и мракобесов, и реакционеров, и истинных сторонников прогресса. Не так ли?
Ответьте.
Поддержать наш блог,
imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.
А вот как раз таки полиция, и прочие картельные сегодня формирования принадлежат к структурам «охранным». Понимаете, инструменты реального силового противостояния? Милиция против полиции. И не случайно в СССР были милиционеры и они в составе НКВД доблестно сражались с немецкими, достаточно кстати карикатурно изображаемыми в фильмах полицаями. И то есть мы видим как раз борьбу двух реальных «ударных отрядов». Первый как мы уже говорили – церковники и строители (храмов – хранилищ, то есть тамплиеры) и военные и медики (госпитальеры). Причем интересно что они очень сильно разнятся по сторонам (прогресс или мракобесие) в разных странах и даже видимо в зависимости от времени. Сейчас скажем на западе мы видим «хорошую» армию, а в России – хорошую церковь. И вот фактически обе и «хорошая» российская, и «плохая» западная стоят за спиной таких охранных отрядов как НКВД, то есть милиция и СС и прочие полицаи. Мы так же можем увидеть и модели поведения этих структур во время ковидной «эпидемии»: в Европе, где церковь мракобесная а полиция служит ей полиция разгоняла протестующих, в России же чуть ли не охраняла «анти ковидные» так сказать «крестные ходы». И вот получается – в период медведевской реформы охранная структура милицейского, то есть армейского, военного типа в России была переподчинена церкви как прогрессивному (как ни странно это для многих покажется) институту. Ведь мы за последние полтора года сумели реально увидеть и мракобесов, и реакционеров, и истинных сторонников прогресса. Не так ли?
Ответьте.
Поддержать наш блог,
imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.