Порядок как орднунг: хорошо или плохо?

[imed3]

К вопросу о соблюдении закона всегда можно подходить по-разному. С одной стороны тенденция проявление которой стало очевидно далеко не вчера, с другой… С другой «Уважаемый коллега Навигатор» за последние годы превратился в собственную противоположность. Или нет? А ведь именно в людях как в капле воды нередко именно и отражаются те тенденции, которые мы видим. И что с этим делать? Вот скажем этот же самый «уважаемый коллега» обещал, что к 1 марта 2014 года «россия развалится, точнее ее развалят». И как? Но ведь прогноз о том, что законы будут работать как часы спустя 20 лет тогда, в 2017, давал не один Навигатор. Мы были согласны с ним. Но произошли события года 2019, 2020 и мы увидели – старое госуправление умерло и больше никогда не воскреснет. Кто был прав, кто ошибался, какие реально тенденции видны, какие прогнозы сбываются, и как на все это нам реагировать? Действительно ли законы работают? На самом ли деле они стремятся в своей работе к точности часового механизма? И видимо здесь следует гораздо более однозначно чем мы это сделали уже в 2013 году сказать: «а это СМОТРЯ КАКИЕ законы». Ведь что мы явно имели ввиду, говоря о работе законов? Конечно же их КАЧЕСТВО. Важный ли это вопрос? И тогда, и сейчас ответ на этот вопрос для нас был очевиден. Однако проблемы качества законов тогда и сегодня нами виделись и понимались чрезвычайно по-разному. Но идеализировали ли мы законодательную систему в целом? Разумеется, нет, иначе конечно бы мы не занимали позицию о том, что «пора валить» - это «путинская (дрезденская) пропаганда». То есть в общем то мы всегда мы говорили что «и там не тот товарищ правит бал». Закон всегда ассоциировался и продолжает ассоциироваться с порядком. Это разумно. Это – правильно. Но события последней пары лет все более уверенно ставят на повестку вопрос: порядок – он «ради чего». Порядок он вообще всегда «ради чего». Если он улучшает жизнь людей – то давайте «сразу десять». А если нет? Должны ли и будут ли люди уважать «заебы» законодателей к тому же «заебы» - все? На самом деле мы этот вопрос ставим как минимум с 2006 года. Но сегодня он кажется приобретает особенную актуальность. Будут ли законы работать как часы? Сегодня приходится уточнять сказанное ранее и говорить о том, что и «да» и «нет»: скажем в западных странах сегодня законы во многом отодвинуты на задний план: что исполнять? И, что крайне немаловажно, на задний план отодвинуты и процедуры корректировки законов. Ну скажем президент итальянского региона, обещавший прислать «карабинеров с огнеметами» на поверку оказывается «дедушка старый» которому «все равно». Как его наказать не переизбранием на новый срок? Можно ли, и главное допустимо ли вводить «законопослушность» законам сумасшедших? Следует ли укреплять государственный аппарат повсеместно, ремонтируя поврежденное коррупцией или все-таки в определенных моментах его «разболтанность» играет полезную роль? Наверное, сложно дать на эти вопросы ответы однозначные. Но в то же время мы не со вчерашнего дня говорим что идея Навального не нравится именно концептуально. И действительно – госаппарат должен исполнять не любой закон. Вот антинародный – точно не должен. Но тут уже, наверное, возникает совершенно иной вопрос – вопрос истинного определения самого понятия о коррупции. И разумеется о его соотношении с «народностью», допустимостью, и конечно разумности принимаемых законов. Кроме этого всегда надо принимать возможность и наличие отмены законов вроде «безумных законов Америки». Что всегда было несомненным достоинством западной цивилизации в целом. Разрушились ли данные институты? Мы уверены, что несмотря на события последних двух лет они будут исключительно укрепляться. А из этого может следовать вывод о том, что законы действительно рано или поздно работать как часы будут, но это не будут законы о «штрафе за брошенный окурок», «выход из подъезда своего дома» и «не/ношение маски». Сможем мы установить ТАКИЕ тенденции?
Порассуждайте.
Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.