«Не твое»: в чем разница между приказом и просьбой?

[imed3]

В свое время вопрос приказов и их понимания, места в системе правоотношений мы разбирали довольно подробно. Любопытно что в контексте, который мы ниже намерены предложить своим читателям этот вопрос как-то давно тоже рассматривался и кажется даже в формате ЖЖ. Там констатировалось что в России происходит трансформация «слоганов» от «запрещается» к «запрещается» но уже «строго», в том контексте что просто «запрещается» в России уже «не торкает». Все это было уже лет с десяток назад и если кто помнит это – то мы будем даже отчасти удивлены, но повод вернуться вопросу действительно имеется и очень серьезный. Тут вот какое дело: последнее время часто стали встречаться надписи типа «просьба не парковать». И рядом – картинка машины увозимой эвакуатором. Что же получается? Получается еще – намного! – «круче» чем «запрещается категорически». Ведь в чем проблема данных плакатов? Россияне, как бы они не формулировали текстовые решения – в просьбу свою не верят. Правильно ли это? На самом деле – это правильно. Только картинка с эвакуатором — это совсем о другом. Но давайте обо всем по порядку. Прежде всего давайте условимся: естественной реакцией каждого из нас на любой внешний раздражитель, с точки зрения биологии является раздражение. Оно может быть, как позитивным, так и отрицательным, негативным. Изначально для человека (и мы этот вопрос как-то тоже уже разбирали) ответ «да» является физиологически наиболее предпочтительным, чем ответ «нет». Однако… Однако человек к прочему еще и существо социальное, проходящее то что называется «средовым обучением». И давайте признаем: единственная нормальная реакция на любую просьбу – отказ. И вот когда мы становимся людьми и начинаем общаться, взаимодействовать то изредка, иногда мы можем позволить себе великодушие и в ответ на просьбу высказать солидарность согласия. Сложная мысль? Позвольте пояснить: если вы настроены что в ответ на вашу просьбу получите согласие, то вы рискуете. Рискуете разочарованием, рискуете расстройством. Душевной травмой, проблемами. Если ваша убежденность по жизни – нормальная – в том, что на любую просьбу вам все же скорее всего откажут, в случае ее, просьбы вашей удовлетворения вы получаете двойную прибыль: во-первых, ваша просьба – сама по себе, в ее существе исполняется, и во-вторых ваша установка «не получится» меняется на «получилось». Двойная выгода, бинго. Теперь, когда мы наглядно показали тот факт, что в ответ на просьбу наиболее рациональная стратегия – это ожидание отказа покажем всю фальшивость восприятия просьбы в советском и новом российском дискурсе. И здесь появление рядом с «просьбой» не парковаться пиктограммы с увозимым автомобилем выглядит или как совершенно нелогичное безумие (внутренне противоречие символов) или же неверие в просьбу как таковую. Ведь заметим – что потенциал то ее состоит именно в том, что вообще то откажут, но могут и согласиться! А вот там, где «просят» не парковать машину, но намекают что «в противном то» случае ее попросту… украдут (при помощи эвакуатора) это уже не просьба, а бессильная просьба. Просьба без потенциала ее удовлетворения. И к просьбе прилагается уже и угроза. Но там, где к просьбе прилагается угроза за ее неисполнение мы имеем в итоге что угодно – долг, приказ, но не просьбу. А какой долг может быть у владельца автомобиля на общественной стоянке у магазина ставить машину не там, где он пожелает? Согласитесь, что это абсурд. И это не может не проявляться в формах внешней политики. Так Сталин «просил» финнов отдать ему «что-то там». И то что это не было просьбой было подтверждено тем что потом он предлагал обмен, и начал войну. Так не просят. Просят всегда понимая, что скорее всего откажут, морально настраиваясь и имея к тому готовность. Проще говоря, когда просят отдать и уверены, что отдадут – это поведение гопника в подворотне который «просит» отдать кошелек «по хорошему». А почему кто-то «обязан» его отдавать? Феноменальная наглость: «ты кто такой вообще»? И вот некоторые недоумевают сегодня «неужели Евса заняла антироссийскую позицию, только «потому что разрушили дома, потому что убили украинцев»». Вы знаете: да. И это – весомая позиция. Мы это разбирали на примере одного из материалов Анлацца – да именно одного отнятого дома убитого прадеда вполне достаточно что бы мягко говоря относиться к власти без скажем мягко симпатии. Ибо самое важное – это мое. Не так ли?
Выскажитесь.
Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.